Стивен Пинкер пишет, что к институтам Просвещения относятся наука, образование, СМИ, демократическое правление, международные организации и рынки. И эти институты поддерживают нормы – свобода слова, отказ от насилия, сотрудничество, космополитизм, права человека и признание, что человеку свойственно ошибаться. И если нормы по-прежнему актуальны, то институты прямо у нас на глазах начинают демонстрировать свою неспособность эти нормы поддерживать. При этом они сами собой начинают трансформироваться во что-то другое, еще не до конца осознанное и проявленное, но уже заметное.

СМИ преобразуются в средства массовой коммуникации, в социальные сети, главное отличие которых от средств массовой информации – это обратная связь. Информация идет не в одном направлении сверху вниз, а циркулирует сразу во всех направлениях и можно точечно реагировать на что угодно.

Правительственные организации показывают свою неэффективность при решении проблем общества, а эти функции все чаще берут на себя некоммерческие неправительственные организации, активисты, местные сообщества, волонтеры.

Рынки меняются и переходят в онлайн.

Международные организации не справляются с вызовами, когда они должны задавать систему взаимоотношений между странами. Им на смену приходят инициативы отдельных людей и групп, которые в одиночку или небольшими сообществами берутся урегулировать международные споры.

В образовании уже неактуальна передача знаний, нужны новые цели и новые форматы. И появляются школы, возглавляемые энтузиастами, которые ставят целью формирование личности, помощь ребенку в поиске своего предназначения, понимании себя и других. И используют они не привычные уроки по предметам, а самые разнообразные форматы, от игр до походов и экспериментов.

Талантливые ученые уходят из научных учреждений, потому что необходимость выполнять некие формальные требования типа индекса цитирования или учебной нагрузки приводит к тому, что сил на собственно научные исследования не остается. Они не готовы тратить годы на подготовку диссертации, а потом на заключительном этапе переписывать все так, чтобы члены комиссии нашли там свои цитаты и при этом довольны были все. А потом еще тратить месяца на то, чтобы оформить все так, чтобы это соответствовало требованиям, придуманным неизвестно кем неизвестно зачем. Они начинают собственные исследования вне рамок официальной науки в одиночку или, если повезет, с единомышленниками.

Все пришло в движение. То, чем некоторые были годами недовольны, становится все более очевидным все большему числу людей. И они уже не готовы жить по правилам, которые непонятны и бессмысленны. Они хотят на каждое требование к себе получить внятный ответ – ЗАЧЕМ? Зачем это делать именно так или зачем это делать вообще.

Поэтому я считаю, что приходит время изменения как институтов, так и ценностей. Институты двигаются в направлении самоорганизации и самоуправления. Ценности и нормы дополняются культурой дискуссий и уважением к другому мнению.

Эти новые институты и новые идеи начнут формироваться везде, и особенно в политике.

Я думаю, главное сейчас коммуникация, в которой соблюдается культура дискуссий и уважение к другому мнению, где собеседники помнят о достоинстве и здравом смысле, проявляют человечность и кооперируются для дел, направленных на общее благо.

Если коротко, то вот они главные слова ближайшего будущего:

Цель – светлое будущее, общее благо, радость, гармония
Ценности – уважение, достоинство, человечность, искренность, неравнодушие
Инструменты – коммуникация, кооперация
Принципы — культура дискуссии, здравый смысл, добрая воля.

Может быть, этот список можно чем-то дополнить? Или вы с чем-то не согласны? Давайте обсудим.

Ответ на вопрос о смысле жизни волнует меня минимум с 13 лет. Тогда, под влиянием книги «Кто, если не я» Юрия Гердта, я отвечала на него – чтобы бороться. В моем представлении тогда нужно было бороться с цинизмом, лицемерием, равнодушием за наше светлое будущее. Правда я не представляла себе, как именно нужно бороться. И вся борьба по большей части проходила внутри меня и в попытках понять, что с этим делать. Я пыталась говорить о том, что считала важным, пыталась заявлять свою позицию, когда могла ее сформулировать. В ответ были либо насмешки, либо равнодушие. И основным способом борьбы, до которого я додумалась, было не соглашаться на что-то, что казалось мне не правильным. Я бы, наверное, с радостью поддержала кого-то, если бы встретила. Но поддержать было некого. Все, что было вокруг: стремление сделать свою собственную жизнь сейчас более сытой, удобной и красивой. Еда и вещи. Это все, что волновало людей вокруг. Никакого будущего.  Никаких идеалов. На мои попытки как-то организовать людей я получала тот же самый цинизм и равнодушие в ответ. Я и сама не понимала, что именно я хочу. Но пребывала в унынии, что живу в равнодушном и меркантильном мире.  Я не могла понять, как можно жить ради этого, как может смысл жизни заключаться в обладании модной вещью или доставании колбасы. Я хотела бороться за светлое будущее человечества. Единственно, что мне было доступно, это Город солнца Кампанеллы, но и он казался прекрасным идеалом, к которому можно стремиться. Самое прекрасное в нем было то, что там жили добрые, неравнодушные, отзывчивые и открытые люди, которые думали не о себе, а об общем благе. Но никто вокруг не воспринимал эти идеи всерьез. Тут в полной мере проявлялось лицемерие, которое тоже был тем, с чем нужно было бороться, по моему мнению. Люди вокруг между собой ругали существующие порядки, но при этом спокойно реагировали на то, что с экранов телевизоров говорили о какой-то альтернативной реальности: росли удои и центнеры с гектаров, мы жили в самой лучшей в мире стране, а враги лили воду на мельницу империализма. А та самая борьба, которая казалась мне смыслом жизни, использовалась в пионерской клятве «Я, вступая в ряды Всесоюзной пионерской организации, перед лицом своих товарищей, торжественно клянусь: горячо любить свою Родину; жить, учиться и бороться как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия; всегда выполнять законы пионеров Советского Союза. Будь готов! Всегда готов!» Но это было вранье. Никто так не думал. А тех, кто воспринимал это всерьёз считали идиотами. Сейчас я пытаюсь понять причины этого феномена. Возможно, это был способ сохранить рассудок в мире абсурда. Если задавать себе вопрос «зачем жить», а ответа либо нет вообще, либо честный ответ в том, чтобы суметь урвать себе чуть больше, чем смогли урвать другие, то как тогда жить. Немного легче было тем, кто делал важное со своей точки зрения дело на работе. Но и они чувствовали, что живут не просто в обществе без смыслов, а в обществе с лицемерными смыслами.

По мере взросления мои взгляды смягчались. Все, с чем нужно было бороться – лицемерие, равнодушие, цинизм, наплевательство на общее благо, унижение человеческого достоинства —  оставалось для меня неприемлемым, но от «смысла в борьбе» я стала все больше дрейфовать в «смысл в понимании». Почему люди так себя ведут? Почему они такие? Они такие от природы или их такими сделала среда? На самом ли деле они такие или только притворяются, чтобы быть как все? Может ли быть так, что все на самом деле другие, а ведут себя так как думают, что от них ожидает общество? Может быть, мне только кажется, а на самом деле люди добрые, отзывчивые, неравнодушные, искренние? Просто скрывают это? Есть ли у меня примеры другого поведения, знаю ли я других людей или видела ли их в публичном пространстве? Почему люди так мало думают? Или мне это только кажется? Почему я не вижу людей, которые были бы близки мне по ценностям? Или я не могу разглядеть?

Сейчас я вижу, что такие мысли были не только у меня. Люди искали ответ на вопрос «зачем жить» и сейчас находят выход в конкретных делах – помощь пожилым, поиск пропавших, посадка деревьев, наставничество над сиротами, выгул собак из приютов и другие волонтерские инициативы. Ростки смыслов появляются там, где за это не платят. Тут появляется и общее благо, и неравнодушие, и искренность, и человечность, и уважение, и достоинство, и здравый смысл.

Когда я начинала об этом писать, я хотела поделиться мыслями о книге Стивена Пинкера «Просвещение продолжается», которую начала читать. И показать результаты опроса на WHY?  А также собрать ссылки на видео о смысле жизни Андрея Баумейстера, Игоря Козловского, Павла Щелина и других.

Но, видимо, сделаю это уже в следующий раз.

А пока скажу только, что пока писала четко поняла, что пришло время бороться не против, а за.

И вот за что именно и как, и надо ли именно бороться или есть другие способы, я еще поразмышляю.