Буквально за месяц Екатерина Дунцова стала известна. Ее телеграмм канал собрал 300 тысяч сторонников, что очень много, наравне ТАСС и РБК. Такое количество из личных каналов я видела только у Арестовича.

Я стала смотреть все, что она говорит, все ролики и интервью. И чем больше смотрю, тем больше понимаю, что это именно то, что я хотела бы видеть в политике. С одной стороны, честность, искренность и смелость, с другой стороны позитивная повестка, без обличений, критики, ненависти и борьбы за правду. Не против, а за. И видимо потребность в таком политике (человеке) и такой политике (системе) вообще есть не только у меня, раз за столь малое время у никому неизвестной молодой женщины с тремя детьми, которая живет на съемной квартире в маленьком городе и еле сводит концы с концами, появилось столько сторонников. Значит не только мне важно не просто выживать или жить благополучно (кому как повезло), но ощущать свободу, возможность говорить то, что считаешь нужным и не бояться. Потребность самостоятельно управлять своей жизнью, а не жить по указке тех, кто понятия не имеет о проблемах большинства. Кто никогда не попадал в ситуацию, что тебе отказались делать маникюр за твои взгляды (ситуация, в которой оказалась Дунцова, после того, как объявила о том, что хочет выдвигаться в президенты). Потому что боятся, как бы чего не вышло, у нас же в стране все возможно, как сказал мне сотрудник ГИБДД, после аварии, когда выяснилось, что страховки у виновника нет и взыскать с него деньги можно только через суд, что практически невозможно. У самого этого сотрудника по крайней мере не получилось, организация, виновная в ДТП, где пострадала его машина, была объявлена банкротом и ничего ему не возместила. Так живут все, и муниципальные служащие, и рядовые сотрудники силовых структур, и учителя, и смм-щики. Мы не чувствуем себя в безопасности. Мы надеемся только на себя и своих близких. Но не на государство. С которым предпочитаем не иметь дела. И мы не можем говорить об этом. И вдруг появляется Екатерина Дунцова, которая такая же, как и все, но при этом смело говорит то, что все остальные сказать бояться. И говорит спокойно, без обвинений, без ненависти. Просто как констатацию факта. «Это ненормально. Я хочу это изменить. Я за мир, будущее и самоуправление.» Просто и спокойно. Позитивно. По-доброму. Своим примером показывает, что политик может быть искренним, живым, честным и культурным. И готов выслушивать и уважать разные мнения.

 И вот, слушая Екатерину, я писала какие-то комментарии, видела вокруг много единомышленников. Сначала в комментариях были только сторонники и было много единения, потом появились те, кто насмехается и обесценивает. Уж не знаю, по своей инициативе или по работе. Я как-то само собой стала вступать с ними в дискуссию, совершенно неосознанно пытаясь показать им то, что они делают, задавая вопросы. Если человек поддерживал разговор, было понятно, что он так думает и готов обсуждать тему. А если пропадал и не отвечал, значит скорее всего своего мнения у него не было, он транслировал чье-то и диалог становился невозможным.

В одном интервью с Екатериной ее спросили, что вы теперь будете делать, ЦИК отказал вам. Она сказала, что обратилась к партии Яблоко с просьбой выдвинуть ее от них. На что ей показали, как Явлинский отреагировал на это. Он сказал, что все это теоретически возможно, но зачем это обсуждать, это же просто смешно. Я считала Явлинского культурным человеком, и такая реакция была для меня неприемлема. Было бы честнее сказать, нет, мы не будем выдвигать Дунцову. Мы с ней не знакомы и поручиться не готовы. И все. Видимо это он и имел ввиду. Но высказал это так, что это прозвучало как насмешка и неуважение не только к Дунцовой, но и ко всем, кто стал ее сторонником. Нам сказали, что наши надежды смешны. Это и есть пример неуважения. Обесценивание и насмешка.

Я написала комментарий к этому интервью. Под ним завязалась дискуссия, которая постепенно и привела меня к мысли, что каждый из нас может, вступая в любую коммуникацию, демонстрировать культуру дискуссии и тем самых продвигать ценность уважения.

Привожу некоторые комментарии из этой дискуссии, мои слова выделены курсивом.

• Стыдно за Явлинского. Для него это смешно. Смешно помочь народу получить возможность выбора.

• Вам еще не ясно, нет никаких Явлинских и Жириновских, они все бояться уйти в опал и потерять партию

• Все бы ничего, но начало фразы… «Вам еще не ясно …» Зачем это?

• …

• А то с Явлинским не ясно было))) Вы как дети, ей богу.

• Зачем вы это написали? Вам тоже смешно? А что смешного в том, что люди высказывают свое мнение? Ваш комментарий обесценивает другое мнение и отрицает его возможность?

• Все просто, взрослый человек должен понимать свои действия, а у меня ощущения такое, что многие стали инфантилами с мышлением подростка лет 15

• Понятно. Но почему бы не относится с уважением к мнению пусть инфантилов или подростков 15 лет?

• У меня претензий к подросткам 15-летним нет, у меня претензии к взрослым инфантилам, которые еще и рулить мной пытаются.

• Когда кто-то высказывает свое мнение, значит ли это, что он пытается вами рулить?

• Конкретно Дунцова хочет стать президентом, на минуту, при этом как подросток она даже программу не составила. Это в высшей степени наивно. Может я задеваю Ваше чувство верующего, но брать обязанности главы государства без программы действия нууу такое себе

• ок, поняла. Вам не нравится, что нет программы. Но это вполне поправимо, она уже это сделала. Но если говорить обо мне, то мне вообще не важна программа. Каких только программ не составляли разные кандидаты. Я увидела в ней приверженность ценностям, которые она сумела чётко сформулировать и следует им. Это человечность, уважение, достоинство и здравый смысл. Я их полностью разделяю и для меня это важнее программы. Кстати, у меня нет чувств верующего. Я за гуманизм, прогресс и разум, за просвещение в целом. И считаю, что мы находимся на разломе эпох. Все существующие институты, такие как образование, СМИ, правительства будут меняться, хотят они этого или нет. Уже начали меняться. То, что мы с вами обсуждаем это здесь — один из примеров таких изменений. От управления массами общество постепенно переходит к самоорганизации и самоуправлению в том числе через сообщества, соцсети, система управления преобразуется в систему с обратной связью. А средства массовой информации превращаются в средства массовой коммуникации.

Такие диалоги я веду между делом уже давно, и вот сегодня, читая за утреннем кофе Стивена Пинкера «Просвещение продолжается» я вдруг осознала, что процесс изменений уже начался, он происходит на наших глазах и я даже сама в нем участвую, еще не понимая, что я делаю.

Получается, что своим участием в дискуссиях в соцсетях я пробую строить новый институт – средства массовой коммуникации взамен средств массовой информации. Используя при этом мой любимый инструмент последнего времени — вопрос «зачем?» и стараясь формулировать мысли максимально корректно, с уважением к точке зрения собеседника.

Ответ на вопрос о смысле жизни волнует меня минимум с 13 лет. Тогда, под влиянием книги «Кто, если не я» Юрия Гердта, я отвечала на него – чтобы бороться. В моем представлении тогда нужно было бороться с цинизмом, лицемерием, равнодушием за наше светлое будущее. Правда я не представляла себе, как именно нужно бороться. И вся борьба по большей части проходила внутри меня и в попытках понять, что с этим делать. Я пыталась говорить о том, что считала важным, пыталась заявлять свою позицию, когда могла ее сформулировать. В ответ были либо насмешки, либо равнодушие. И основным способом борьбы, до которого я додумалась, было не соглашаться на что-то, что казалось мне не правильным. Я бы, наверное, с радостью поддержала кого-то, если бы встретила. Но поддержать было некого. Все, что было вокруг: стремление сделать свою собственную жизнь сейчас более сытой, удобной и красивой. Еда и вещи. Это все, что волновало людей вокруг. Никакого будущего.  Никаких идеалов. На мои попытки как-то организовать людей я получала тот же самый цинизм и равнодушие в ответ. Я и сама не понимала, что именно я хочу. Но пребывала в унынии, что живу в равнодушном и меркантильном мире.  Я не могла понять, как можно жить ради этого, как может смысл жизни заключаться в обладании модной вещью или доставании колбасы. Я хотела бороться за светлое будущее человечества. Единственно, что мне было доступно, это Город солнца Кампанеллы, но и он казался прекрасным идеалом, к которому можно стремиться. Самое прекрасное в нем было то, что там жили добрые, неравнодушные, отзывчивые и открытые люди, которые думали не о себе, а об общем благе. Но никто вокруг не воспринимал эти идеи всерьез. Тут в полной мере проявлялось лицемерие, которое тоже был тем, с чем нужно было бороться, по моему мнению. Люди вокруг между собой ругали существующие порядки, но при этом спокойно реагировали на то, что с экранов телевизоров говорили о какой-то альтернативной реальности: росли удои и центнеры с гектаров, мы жили в самой лучшей в мире стране, а враги лили воду на мельницу империализма. А та самая борьба, которая казалась мне смыслом жизни, использовалась в пионерской клятве «Я, вступая в ряды Всесоюзной пионерской организации, перед лицом своих товарищей, торжественно клянусь: горячо любить свою Родину; жить, учиться и бороться как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия; всегда выполнять законы пионеров Советского Союза. Будь готов! Всегда готов!» Но это было вранье. Никто так не думал. А тех, кто воспринимал это всерьёз считали идиотами. Сейчас я пытаюсь понять причины этого феномена. Возможно, это был способ сохранить рассудок в мире абсурда. Если задавать себе вопрос «зачем жить», а ответа либо нет вообще, либо честный ответ в том, чтобы суметь урвать себе чуть больше, чем смогли урвать другие, то как тогда жить. Немного легче было тем, кто делал важное со своей точки зрения дело на работе. Но и они чувствовали, что живут не просто в обществе без смыслов, а в обществе с лицемерными смыслами.

По мере взросления мои взгляды смягчались. Все, с чем нужно было бороться – лицемерие, равнодушие, цинизм, наплевательство на общее благо, унижение человеческого достоинства —  оставалось для меня неприемлемым, но от «смысла в борьбе» я стала все больше дрейфовать в «смысл в понимании». Почему люди так себя ведут? Почему они такие? Они такие от природы или их такими сделала среда? На самом ли деле они такие или только притворяются, чтобы быть как все? Может ли быть так, что все на самом деле другие, а ведут себя так как думают, что от них ожидает общество? Может быть, мне только кажется, а на самом деле люди добрые, отзывчивые, неравнодушные, искренние? Просто скрывают это? Есть ли у меня примеры другого поведения, знаю ли я других людей или видела ли их в публичном пространстве? Почему люди так мало думают? Или мне это только кажется? Почему я не вижу людей, которые были бы близки мне по ценностям? Или я не могу разглядеть?

Сейчас я вижу, что такие мысли были не только у меня. Люди искали ответ на вопрос «зачем жить» и сейчас находят выход в конкретных делах – помощь пожилым, поиск пропавших, посадка деревьев, наставничество над сиротами, выгул собак из приютов и другие волонтерские инициативы. Ростки смыслов появляются там, где за это не платят. Тут появляется и общее благо, и неравнодушие, и искренность, и человечность, и уважение, и достоинство, и здравый смысл.

Когда я начинала об этом писать, я хотела поделиться мыслями о книге Стивена Пинкера «Просвещение продолжается», которую начала читать. И показать результаты опроса на WHY?  А также собрать ссылки на видео о смысле жизни Андрея Баумейстера, Игоря Козловского, Павла Щелина и других.

Но, видимо, сделаю это уже в следующий раз.

А пока скажу только, что пока писала четко поняла, что пришло время бороться не против, а за.

И вот за что именно и как, и надо ли именно бороться или есть другие способы, я еще поразмышляю.